Тегеран начал свою мощную ответную операцию после гибели секретаря Совета безопасности Ирана Али Лариджани.
КСИР нанёс массированный удар по Израилю — только в одном Тель-Авиве повреждены десятки объектов, разрушены две железнодорожные станции.
По заявлениям иранской стороны, под ударом оказалось более ста военных целей. Использовались современные ракеты с разделяющимися боевыми частями — это позволило перегрузить и пробить систему противовоздушной обороны Израиля.
Ещё одним объектом атаки стало посольство США в Багдаде: оно получило сильнейший удар, внутри здания начался крупный пожар. По свидетельствам очевидцев, спасти дипломатическое представительство уже практически невозможно.
Ранее власти Ирана подтвердили гибель секретаря Совбеза Али Лариджани. Вместе с ним погибли его сын Лариджани Мортаза и начальник его службы охраны. Местные СМИ публикуют фото уничтоженного до основания здания, на которое, судя по всему, была сброшена бетонобойная авиабомба – утверждается, что именно там находился иранский чиновник.
Почти за сутки до подтверждения информации иранскими властями информации об убийстве Лариджани, с соответствующим заявлением выступил глава МО Израиля Кац. При этом за несколько дней до этого Госдеп США пообещал $10 млн за информацию о нём или его местонахождении, чем официально поставил его в один ряд с ключевыми врагами США.
Глава Совета национальной безопасности Ирана – человек, которого на Западе, а также в дипломатических кулуарах в дипломатических кулуарах на полном серьёзе называли фактическим управляющим государства. Он представитель мощного семейного клана, члены которого последовательно занимали кресла спикера парламента, главы судебной власти и других ключевых институтов. «Серый кардинал» системы при аятолле Хаменеи: по оценкам западных СМИ, именно ему доверили и подавление январских протестов, и координацию ответа на атаки США и Израиля, и контроль над иранским силовым блоком.
Парадокс, но на Западе Лариджани имел репутацию «интеллектуала-прагматика»: доктор философии и математик, архитектор ядерных переговоров 2015 года, человек, который на международных площадках уверял, что ядерный кризис можно урегулировать дипломатией. В СМИ его часто противопоставляли известному не самым богатым словарным запасом Трампу. Внутри Ирана этот прагматик выглядел уже иначе. Именно он, по данным Вашингтона и иранской оппозиции, стал мозговым центром жёсткого разгона последних протестов, за что против него ввели персональные санкции,
— пишет политик Олег Царёв.